?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Кондратьевская волна
borisvolhonin
Николай Кондратьев, сочинитель «кондратьевских волн», в которых мы по-прежнему бултыхаемся вместе со всем трудовым человечеством, был отбит своим начальником, замнаркомом Земледелия, от высылки на «философском пароходе» в 1922 г.
Крестьянских корней, выгнанный из семинарии, по экстерну взявший аттестат в гимназии, закончивший тот самый юрфак Санкт-Петербургского университета в 1914 г., эсер, товарищ министра продовольствия Временного правительства – и великолепный ученый, трудяга, как его называли.
В безумные годы новой России он занимался голодом, продовольствием, благополучием – и любовью своей – длинными циклами жизни, экономики, способность увидеть будущее, найти его универсальную формулу.
«Никогда еще я не был объят таким стремлением все взвесить, все измерить, подчинить строгим математическим формулам даже саму жизнь, даже духовную жизнь, насколько она поддается изучению. И вместе с тем интуитивно никогда не ощущал я с такой силой таинственности, капризности, причудливости явлений действительной жизни человека, никогда не чувствовал я того жуткого «шороха мертвых листьев», которые слышатся не в прозе обыденных событий» (Суздаль, 20.12.1933). [Spoiler (click to open)] Между тем писал он это в тюрьме, созданной в суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре. Протоколы его допросов – это манифесты взглядов, это проповеди о том, как все устроить.
«Допрошенный помощником начальника секретно-оперативного управления тов. Аграновым, я показал следующее… Каждый данный строй общества является относительно лучшим или худшим в зависимости от того, в какой степени обеспечивает он дальнейшее наиболее быстрое повышение уровня материальной и духовной жизни возможно более широких масс населения…».
Он существовал, чтобы пытаться понять, чтобы писать, чтобы строить для всех жизнь – лучше.
«Милая, дорогая моя Женичка… Камера довольно просторная. Есть приличный стол, табуретки, так что можно читать и писать… Продолжаю заниматься… На 90% погружен в размышления. Может быть… не был погружен в них так никогда. И когда погружен в них, страшно не хватает времени… не успеваю бриться, чистить ботинки и иногда даже пить чай… Все же самое бессмертное и ценное в преходящей человеческой, часто очень тяжелой жизни – это мысль во всех ее формах…Задачи работы заключались в том, чтобы определить законы основных тенденций (или тренда) динамики народного хозяйства и формулировать их строго математически… Я в восторге от результатов».Удалось ему это делать до 1938 года. Он написал романс милой Женичке из политизолятора. «Наша встреча была не случайна». Он письмом прислал список книг для маленькой дочки, где почетным №9 – Дон-Кихот. Он стал болеть, он стал уходить по нисходящей, он написал: «Безумно жаль растрачиваемых сил, уходящего времени… И страшно перед охватывающим меня отупением и бессилием».
Он даже просил: «Согласно приговора коллегии ОГПУ 18-го июня 1938 г. кончился срок моего 8-летнего заключения. С тех пор прошел уже месяц, однако я по-прежнему продолжаю находиться в заключении… Настоящим я осмеливаюсь ходатайствовать перед Вами об освобождении меня из заключения».
Последнее письмо дочери, 31 августа 1938 г.: «Я бы хотел также, чтобы ты не совсем забыла меня – твоего папу… Целую тебя без конца».
16 сентября 1938 г.: «Дело заслушать в закрытом судебном заседании без участия обвинения и защиты и без вызова свидетелей…». 17 сентября 1938 г.: «Приговор подлежит немедленному исполнению».
И он ушел от нас, чудесный, блестящий ученый, может быть, гений, уже тогда признанный во всем мире, с немедленной перепечаткой его трудов в Европе и США.
В жизни есть развилки. Кажется, что просто проходишь их, но решения оказываются судьбоносными. Первая развилка была у него тогда, когда его защитили, не дали выслать философским пароходом. Уехал бы – гремел бы всю жизнь, по всему миру, как его друг на всю жизнь, друг еще по семинарии, великий американский социолог Питирим Сорокин.Вторая развилка – в 1924 г. Сорокин просил его остаться, когда они встретились в США. Кондратьев был там в научной поездке. По ощущению, долг, великость задач в России, ее новая энергетика, корни, любовь к отечеству – все это пересилило.
Когда он вошел в Суздаль и больше не вышел оттуда,
ему было 40 лет. Его дочери было 7 лет. Елена Кондратьева – имя в микробиологии, академик Российской академии наук. Была влюблена в мир лошадей, как существ, в конный спорт. Судья с именем. Член кучи международных сообществ.
Почти всю жизнь была невыездной.
Именно ей была предназначена сказка, присланная из тюрьмы «Необыкновенные приключения Шамми»: «В неге ночи теплой, томной новых сил душа полна: там за далью моря темной ждет их дивная страна».
Она и сегодня всех нас там ждет. Мы ее еще не создали. Мы этой мечты десятков погибших российских экономистов так и не исполнили.
Тюрьму в Спасо-Евфимиевом монастыре устроили ровно 250 лет назад.
Он открыт.
Какой там колокольный звон!
Один раз в день можно забраться на звонницу к мастеру.
И один раз, если повезет, ударить в колокол, в свободный колокол, наверху, на свободе, над просторами земли российской, над монастырскими стенами.
И сказать себе: «Вдруг повезет!»
Источник: Н.Д.Кондратьев. Особое мнение. – М.: Наука, 1993. Т.2. С.619, 620, 623, 638, 685, 641, 647, 664 – 665, 667, 671
Яков Миркин О Николае Кондратьеве

Открытый лист сталинских репрессий - Кондратьев Николай Дмитриевич